[resanketa]

[имя_латиницей]VINCENT DONNELY[/имя_латиницей]
[имя_кириллицей]ВИНСЕНТ ДОННЕЛИ[/имя_кириллицей]

[фото]

[/фото]

[внешность]harris dickinson[/внешность]

[раса]вампир[/раса]
[профессия]бармен в ночном клубе[/профессия]
[место_жительства]нью-йорк[/место_жительства]

[биография]
  Винни растворяется в шуме большого города, укрывается одеялом из чужих разговоров, прячется среди автомобильных гудков. Винсент Доннели теряет себя среди музыки в одном из бесчисленных ночных клубов, если не слышать собственные мысли, начинает казаться, будто все не так плохо.

Не так плохо, как в момент, когда жизнь превратилась в посмертие, а чарующий женский голос рассказывал истории-сказки о существовании жизни куда лучше, чем у тех, обычных людей. Она убеждала - это подарок, Винсент кивал, стараясь обмануть себя самого. Она говорила - теперь они связаны и пройдут вместе сквозь века, Винсент и хотел бы сбежать, но дар убеждения у нее сильный, истории манящие, Доннели прячет отчаяние за чужой болью. Она касается ледяными пальцами перепачканной чужой кровью щеки, обводит насмешливым взглядом с головы до ног. Говорит, нужно быть аккуратнее, иначе за ними точно придут охотники. Заверяет - она все здесь приберет, как только Винни наиграется с уже мертвыми девками из ирландской деревушки. Шепчет на ухо о вековом одиночестве, уверяет - благодаря Винни она теперь не одна. Создательница замечает способности Винни к выслеживанию, в шутки (или нет) зовет его своим псом, играется, говоря: выследи этого, а потом ту. Он и не против, зная, что за истошными криками всегда можно спрятать свой собственный. У тех, кого вот-вот да подстережет смерть, дыхание теплое, жизнь в них ключом бьет, от того и завидно, от того и ненависть льется через край. У них есть то, чего нет у него - жизнь.

Создательница совсем по-детски топает ногой, когда встречает первое неповиновение. Избалованная преданностью, тычет в грудь пальцем Винсенту, приказывая - она хочет, чтобы девчонка была мертва, остальное ее мало волнует. На очередное "нет", она пожимает плечами, выбирает другой путь воздействия, проигрывать не привыкла. Решает сыграть на доверии: парочка ведьминых артефактов и Винсент уже взаперти. Без крови сходит с ума, теряет контроль, отчего бросается на первого, кого заталкивают в помещение. Только потом, придя в себя, Винни замечает, что просьбу-приказ он выполнил, пускай и в весьма извращенном виде.

Она пропадает из его жизни так же резко, как и появляется. Наскучил, проще отыскать нового. Сначала кажется - так даже лучше, пока становится не совсем ясно, что делать дальше. Винни привык: сказали - сделал, плыть по течению проще, чем сопротивляться. Доннели меняет один город за другим уже в одиночку, пока не попадает в Нью-Йорк, где задерживается намного дольше, чем планировал изначально. Знакомства приводят к Корвинам, а там предлагают уже знакомый сценарий: выследи, убей, лишних вопросов не задавай. Когда же ему поручают устранить уже бывшего главу гончих, Винсент действует, не задумываясь. 

Винни говорит - это весело: слежка, убийства, просьбы о помощи. Так не расслышать себя самого, которому двести лет кажутся больше, чем требовалось бы. Что существование застыло где-то посередине, все никак с места не сдвинется, Винни недвижимый, стоит на одном месте, все думает - как-то само собой все изменится. Плыть по течению - лучший вариант.

[/биография]

[умения]
стандартный вампирский набор с упором на выслеживание людей и существ на больших расстояниях.
[/умения]

[способности]
[/способности]

[игрок]
посты около 4к пару раз в месяц
[/игрок]

[пример_поста]
Еще в то время, когда Рори не доставал ногами до пола, сидя в окружении своей вечно шумной семьи, он знал свое будущее наперед - непременно станет аврором. В свои семь мальчик уже считал необходимым последовать за отцом и дедом прямиком в Министерство. Мальчик с замиранием сердца представлял, как достает перед нарушителем порядка аврорский значок и взгляд преступника в ту же секунду сменяется благоговением. Авроров точно уважает каждый, даже те, кто ежедневно нарушает закон. Рори рисовал в голове идеальную картинку с почетом и уважением сверстников, с приключениями поинтереснее, чем в любом романе. В своих историях Рори обязательно побеждает, продвигается по службе с завидной регулярностью и отец наконец-то хлопает его по плечу, приговаривая заветное "горжусь". Самое сокровенное желание Рори Фишера в его двенадцать, чтобы отец наконец-то обратил на своего младшего сына внимание. Не так-то просто быть самым младшим из четырех сыновей.

Мечты-замки неспешно начали свой путь к разрушению стоило Фишеру попасть на стажировку. Рори постоянно чего-то не хватало: внимательности, скорости, смекалка подводила из раза в раз, отчего Фишер хмурился так часто, будто вот-вот и глубокая морщина на лбу появится лет на десять раньше положенного. Рори пытался: оставался допоздна, копался в бумагах и старался сделать все возможное, чтобы его будущие коллеги наконец-то забыли ту кошмарную историю с потерей волшебной палочки на первом подобии серьезного задания. Рори успокаивал себя: навыки нарабатываются, нужно немного терпения к самому себе и никогда не сдаваться. У него не было в запасах леденящих душу историй для старших братьев, как и не было рассказа, что обязательно заставить отца испытать чувство гордости. Рори верил: что-то да точно случится, нужно лишь немного подождать.

Поздний вечер встречает Фишера опустевшими коридорами, уставшими после тяжелых рабочих дней лицами и тихой, но по-своему счастливой болтовней: вот, кажется, Джереми, рассказывает своему коллеге, как проведет все выходные в компании скучавших по нему детишек. Большинство уже покинули стены Министерства, оставив за собой шлейф из прожитых рутинных историй. Его попросили позвать Минерву Макгонагалл, от ее холодного и пристального взгляда Фишеру порой становилось не по себе. Он ощущал себя провинившимся пятикурсником перед деканом факультета, а не стажером в аврорате перед старшей коллегой. Рори улыбался по правилам привитых матерью манер, но задание, до скукоты простое, и то было провалено, благодаря спешившему сотруднику связи. В голове крутилось столько вопросов, но Фишер уже торопился за Минервой, считая, что это смахивает на тот самый шанс на успех.

За дверью архива кто-то скребся в дверь на манер огромного кота вдали от других, более интересных мест. Рори кивнул на слова Минервы, скрывая бегущие по телу мурашки. Если он и сейчас покажет себя не с лучшей стороны, о карьере в аврорате можно забыть, Макгонагалл бросит в него полный разочарования взгляд. Дома родители покачают головой, постараются приободрить, но в интонации Фишер распознает призыв попробовать себя в другой, более безопасной роли. К примеру, пекарем в кондитерской. Продавцом в книжной лавке. Там ему точно не потребуется аврорская сноровка. 

Крепко сжав палочку, Рори пытался хотя бы приблизительно представить масштаб бедствия. Насколько опасная магия скрывается за массивной дверью и хватит ли его скудного набора заклинаний, чтобы хотя бы показаться полезным. Нельзя все бросать так, на плечи одного человека, пускай и в десяток раз опытнее. Дверь заскрежетала в тот самый момент, когда Рори позволил себе моргнуть в попытке перевести дух, тревога обдала холодной волной, а сердце успело ухнуть так внезапно, будто Фишер сорвался в моменте с метлы. Химера. В архиве. В архиве самого Министерства Магии дракклова химера. Кто, а главное как пронес столь опасное существо туда, где его быть не должно? Ноздри у нее вздувались, а хищный взгляд неспешно бродил по стоящим поблизости фигурам. Фишер попятился, всего лишь инстинкты, не позволяющие подходить к таким тварям близко.

- Мисс, - Фишер все еще старался быть вежливым в столь необычных ситуациях, - много ли вы знаете о химерах? - наверняка больше самого Рори, - кажется, - он редко в чем-то был уверен на сто процентов, - если она сейчас дыхнет огнем, здесь полыхнет все, - включая и их, - может, у нас есть время позвать кого-нибудь еще? - тех, кто прекрасно ладит с опаснейшими тварями.

[/пример_поста]

[/resanketa]